Онлайн-журнал о шоу-бизнесе России, новости звезд, кино и телевидения

Гэри Олдман: «Я бросил пить и каждый день работаю над тем, чтобы не начать снова»

0

Закончив с эпопеями про Гарри Поттера и Бэтмена, 55-летний актер переместился в другой масштабный голливудский проект — ремейк легендарного «Робокопа».

Заботы отца-одиночки

Сентябрь 2013 года. Лос-Анджелес

Осеннее солнце купало террасу кафе в золотых лучах. Гэри и его жена Алекс заняли столик у стены — в окружении кадок с зеленью, которые скрывали пару от взглядов прохожих.

— Так что у тебя с работой? — продолжила Алекс начатый по дороге разговор. — Ты куда-то уезжаешь?

— В Будапешт. Но ненадолго, — актер улыбнулся, словно извиняясь.


У него были основания чувствовать себя виноватым. Пока он воспитывал сыновей от предыдущего брака в одиночку, сценарии рассматривались в первую очередь с географической точки зрения. Все, что требовало отъезда из Америки, ставшей для британца Олдмана второй родиной, отправлялось в мусор непрочитанным. «Когда американский суд решает дело об опеке над детьми в пользу отца, это паранормальное явление, которое нельзя недооценивать, — рассуждал Гэри. — С одной стороны, я никак не планировал остаться в 43 года с двумя малышами на руках, с другой — у меня появился шанс дать им все то, что я задолжал старшему сыну. То есть максимально присутствовать в их жизни. Я никогда не был достаточно богат, чтобы бросить работу, поэтому пришлось покрутиться».

В то время, чтобы сэкономить на налогах и производственных расходах, голливудские продюсеры повадились снимать фильмы за пределами США. Домосед поневоле, Олдман был вынужден хвататься за проекты сомнительной художественной ценности. «Я снялся в нескольких фильмах, которые не порекомендовал бы никому, кроме любителей по-настоящему отвратительного кино. А что было делать? Ответственность за мальчиков больше не позволяла кочевать. И она же не давала мне изображать принципиального артиста, готового скорее голодать, чем запятнать репутацию творца участием черт-те в чем.  Я все время думал: «Проклятье! Надо чем-то платить за школу».

В 2008 году, женившись на Алекс, Гэри внезапно обрел свободу, которой был лишен более семи лет. Сначала, наслушавшись от коллег историй о конфликтах между мачехами и детьми, он опасался надолго оставлять Гулливера и Чарли на попечение новобрачной. Но, не дождавшись никаких кошмаров, постепенно расслабился и начал предпринимать творческие вылазки в другие страны. «Мне опять повезло, — признавал он. — Мальчики сразу приняли Алекс в семью, а она полюбила их так, словно сама родила».

— Объясни мне, зачем тебе это?  — проворчала Алекс. — То ты стонешь, что актерство для тебя — лишь заработок, то мчишься ради роли на другой конец света. Определись уже, чтобы мы знали, к чему готовиться.

— У меня нет ответа на этот вопрос, милая, — Гэри любовно потрепал жену по руке. — Пока нет.

«Был момент, когда я перестал получать удовлетворение от профессии, — рассказывал он. — Это как в браке: ты женишься по любви, а потом наступает… пресыщение, что ли. Тебе нравится, что жена заботится о тебе, но сердце уже не выпрыгивает из груди при взгляде на нее. Она становится фоном, а ты находишь другое применение мыслям и чувствам. То же самое произошло со мной и актерством. На съемочных площадках в мозгу крутилась бесконечная лента дел, которые ждут дома: мальчиков пора стричь, я обещал побыть фотографом на школьном спектакле и помочь с подготовкой дискотеки…»


До сих пор на размышления о детях Гэри наводит абсолютно все. «Играя ученого в «Робокопе», я много думал о роли технологии в жизни молодых, — говорил он. — Я не смогу договориться с компьютером за все деньги мира, а мои сыновья моментально подчиняют себе новые устройства. Меня беспокоит, что технический прогресс не только ничего не делает для развития человеческого духа и души, морали и этики, но и вообще не берет их в расчет. Именно в этом просчитался мой герой: живые эмоции его творения — Робокопа — оказались сильнее программы. Я ап­­лодирую всему, что отвлекает ребенка от социальных сетей и компьютерных игр. Я боюсь, что люди разучатся принимать решения, позволят кому-то думать за них. Тогда люди сами превратятся в роботов».

Он правда не мог ответить на вопрос, когда актерство снова увлекло его. То ли по мере взросления сыновей понемногу открывалось второе дыхание, то ли первая в карьере номинация на «Оскар» разбудила зачахшие было амбиции.

Официант принес заказ. Алекс привычно закатила глаза, глядя на гору пасты в тарелке мужа, он поморщил нос на ее салат. Оба засмеялись. Любуясь улыбкой жены, актер подумал:  а не в ней ли причина его актерского ренессанса? Олдмана слишком уважают в Голливуде (а отчасти и побаиваются после сыгранных психопатов), чтобы зубоскалить на тему его брака с женщиной на 20 лет младше. Но это не значит, что он может позволить себе выглядеть усталым пенсионером в ее глазах. Гэри хотел, чтобы она гордилась им. Алекс сумела разглядеть и разбудить в трижды разведенном алкоголике с двумя детьми рыцаря на белом коне. Подумать только, а ведь сначала он не хотел и знакомиться с ней…

Стреляный воробей

2004 год. Лос-Анджелес

— Папа, Чарли приснился плохой сон, — повторял настойчивый детский голос. — А я хочу пить.

 — Сейчас, парни, — Олдман с трудом разлепил глаза. — Уже иду.

В полумраке отцовской спальни семилетний Гулливер и пятилетний Чарли в своих светлых пижамах смотрелись как маленькие привидения. Наполовину проснувшийся Гэри спустил ноги с кровати и стал шарить ими по полу в поисках тапочек. Вечером он допоздна читал сценарии и, судя по ощущениям, отключился примерно десять минут назад. Голова была налита свинцом.

— Еще у тебя телефон звонил, — сказал Гулливер. — Долго.

Гэри нащупал на тумбочке очки, потом — мобильник. Карьера в Голливуде приучила его оставаться на связи в любое время суток. Увидев на дисплее имя менеджера и лучшего друга Дугласа Урбански, он машинально перезвонил.

— Что стряслось?

— Ты не поверишь. Я сегодня встретил будущую миссис Олдман!

Гэри удивился. С тех пор как он развелся с Доньей Фиорентино, матерью мальчиков, именно Дуглас стоял на страже его руки, сердца и душевного покоя. «На приемах кто-нибудь обязательно подходил к Дугу со словами: «У меня есть чудесная приятельница, может, ты сведешь ее с Олдманом?» — вспоминал актер. — Но Дуг был свидетелем слишком многих моих семейных катастроф, поэтому отвечал: «Нет, ему никто не нужен — он в порядке».

— Ты с ума сошел? — слабо поинтересовался он у друга, подавляя зевок.

— Она певица, — сказал Дуглас, как будто это что-то объясняло. — Ее зовут Алекс, и ты должен ее увидеть.

— Да-да, конечно. Спокойной ночи.

На кухне, пока Гулливер пил сок, а Чарли засыпал на отцовских коленях, Гэри думал о женщинах. Его образ жизни нельзя было назвать монашеским, но двери дома он любовницам не открывал. «Не хочу превращать жизнь мальчиков в проходной двор», — объяснял актер.

Душевные раны, нанесенные Доньей, все еще кровоточили. «Мы познакомились на собрании анонимных алкоголиков, — рассказывал он. — Донья клялась, что навсегда завязала. Я слишком поздно понял, что женился на безнадежной наркоманке, лгунье и параноичке, которая тянула из меня деньги и спала с другими мужчинами».


Из-за детей Гэри старался с достоинством нести этот крест, воспринимая его как своего рода искупление. В конце концов, женщинам, которых он любил до Доньи, тоже приходилось жить с алкоголиком, который по ходу запоев становился и лжецом, и ревнивым параноиком, и много кем еще. «Я где-то слышал, что алкоголики — это эгоманьяки с низкой самооценкой, — рассуждал он. — Очень верно. Злоупот­­ребляя спиртным, мы заполняем пустоты в самих себе. Когда ты пьян, тебе кажется, что ты можешь делать и говорить людям что угодно. Представьте, сколько дров способен наломать в обществе человек, который вылакал две бутылки водки… От пуб­личных скандалов меня спасло только то, что по натуре я интроверт — мне трудно социализироваться в любом состоянии. Поэтому я предпочитал пить в одиночку, что еще хуже».

Когда Гэри жил один, он выпивал дома, когда с кем-то — снимал номер в отеле. «Чем дальше в запой, тем более несчастным я себя чувствовал, — вспоминал актер. — Говорил с воображаемыми друзьями по отключенному телефону, потом приглашал их к себе. Обставлял мизансцену: остатки закус­ки на тарелках, недопитое вино в бокалах… «Накормив» их, я давал представление. В основном «Гамлета». Не хочу хвастаться, но это был великолепный Гамлет — перед зеркалом я играл так вдохновенно, как никогда на сцене. А по утрам наступала расплата: я выпадал из постели, полз в душ и убеждал себя, что меня рвет из-за некачественного шампуня. Когда отпускало, я спускался к стойке администратора, мне выкатывали счет: чек был достаточно длинным, чтобы обмотать меня как мумию, а суммы за пользование мини-баром доходили до $18 тыс.».

Спиртное вытесняло из его жизни любимых женщин, но ничто не могло остановить Гэри, пока в 1995 году он не дошел до предела. «У меня не осталось оправданий, — говорил актер. — Я понял, что должен научиться жить без анестетиков, если не хочу на смертном одре вспоминать жизнь как композицию из смазанных цветных пятен. Я бросил пить и каждый день работаю над тем, чтобы не начать снова».


Донья подала на развод сама, решив, что алименты устраивают ее больше, чем необходимость каждый раз выдаивать из неуступчивого мужа деньги. В заявлении она указала, что Гэри на глазах у детей ударил ее по лицу телефонной трубкой. Актер в ответ рассказал суду другую историю. «Феликс, дочка Доньи от первого брака (с режиссером Дэвидом Финчером. — Прим. «ТН»), прибежала ко мне с криком: «Я зашла в ванную и увидела маму мертвой!» Я нашел Донью без сознания после передозировки. Она едва дышала, была вся лиловая, глаза пожелтели и закатились. Согласитесь, что детям лучше расти без матери, чем рисковать получить такую же психологическую травму, как Феликс».

В отличие от инцидента с телефонной трубкой, факт передозировки могли засвидетельствовать врачи скорой. Гэри выиграл дело об опеке. Но даже через три года мысль о новом браке вызывала у него судороги омерзения.

Русалка по имени Алекс

2007 год. Лос-Анджелес

— Дуг, мне нужна русалка, — Гэри расположился в кабинете друга.

— Как мило, — Урбански поднял на него усталый взгляд родителя, замученного капризами любимого чада.

— Я снимаю клип, — пояснил Олд­ман, которому все больше нравилось пробовать себя в качестве режиссера. — И там должна быть русалка.

В глазах Дугласа вдруг промелькнула спекулятивная искорка.

— Помнишь певицу, о которой я тебе рассказывал? Алекс Иденборо.

— Ты мне три года о ней твердишь.

— Возможно, пришло время тебе с ней познакомиться. Я приглашу ее на чай, ты не против?

По дороге в кафе Гэри обуревали смешанные чувства. Непонятный энтузиазм Дугласа относительно этой женщины нервировал его, но вместе с тем актеру стало любопытно взглянуть на нее. «Я взглянул и пропал, — вспоминает он. — Огромные зеленые глаза, длинные темные волосы, бледная кожа, что-то очень классическое, итальянское в ее внешности… И вместе с тем она оказалась настоящей англичанкой, спокойной, воспитанной».


Клип с русалкой так и не стал реальностью, но это было уже неважно. «Мы с Алекс начали переписываться по электронной почте, — рассказывал актер. — Я клянусь, что не планировал жениться снова. Думал, мой поезд давно ушел. Ведь у меня в доме двое детей, а это значит, что женщина должна полюбить не одного человека, а сразу троих. Но наши отношения были так не похожи на все, что мне довелось испытать… Я думаю, что мужчинам не стоит жениться до сорока, потому что они еще сами не понимают, кто они и чего им нужно. Алекс убедила меня в том, что я хороший человек, которого можно уважать. Или я с годами стал более восприимчив к… другому виду любви».


После свадьбы в конце 2008 года актер перевез новобрачную, сыновей и взятого из приюта терьера в новый дом на Голливудских холмах. А четыре года спустя купил более просторное жилье в районе Лос-Фелис. Там была студия звукозаписи для Алекс и пристройка, где подросшие сыновья могли скрыться от родительских глаз.Когда Олдман не снимается, он с удовольствием играет с детьми на участке в футбол и пейнтбол. Во время ужина семья собирается за столом, а позже — у телевизора, смотреть любимые передачи: сериал «Безумцы», реалити-шоу «Проект «Подиум». «Перед знакомством я побаивалась Гэри, — признавалась Алекс. — Роли создали ему репутацию агрессивного психа. Но мой муж — один из самых добрых, мягких и деликатных мужчин на свете. И он все делает с юмором. По-моему, я за всю жизнь столько не смеялась, сколько за время, что мы женаты».

С мальчиками у нее тоже все сложилось.  «Я не лезла в их сердца с ломом, — говорит миссис Олдман. — Сначала наблюдала, какие они, чем живут. А они наблюдали за мной, пока мы не начали ощущать себя семьей. Не хочу топить никого в розовых соплях, но я думаю, что их подкупила наша с Гэри любовь друг к другу. Счастье отца сделало счастливыми их тоже».

Супруги ничего не планируют. Иногда им кажется, что неплохо бы купить дом в Англии. Закрадываются мысли об общем ребенке. «Строительство семьи в процессе, но я знаю, что пойду за Гэри куда угодно», — утверждает Алекс, и муж чувствует, что это на самом деле так.


Гэри Леонард ОлдманГэри Леонард Олдман

Родился: 21 марта 1958 года в Лондоне

Семья: жена — Александра Иденборо (35 лет), джазовая певица; сыновья — Альфи (25 лет), Гулливер Флинн (16 лет), Чарли Джон (14 лет); сестра — Лайла Морс, актриса

Образование: окончил Rose Bruford Drama College в Кенте

Карьера: начинал как театральный актер. Снимался в фильмах и сериалах: «Сид и Нэнси», «Джон Ф. Кеннеди: Выстрелы в Далласе», «Дракула», «Алая буква», «Пятый элемент», «Самолет президента», «Ганнибал», «Книга Илая», «Красная Шапочка», в четырех частях эпопеи о Гарри Поттере, в трилогии о Бэтмене и др. Номинант на премию «Оскар» за фильм «Шпион, выйди вон!»

Его женщины

Лесли Мэнвилл Лесли Мэнвилл

с  1987 по 1990 год

«Я не вижу в Гэри звезду, — говорит первая жена актера. — Он просто отец моего сына. У них с Альфи хорошие отношения — больше мне ничего не надо».

Ума ТурманУма Турман

с 1990 по 1992 год

«Брак был ошибкой, — признавала Ума. — Девочка влюбилась в гениального актера на 12 лет старше. Как еще это безумие могло закончиться?»

Изабелла РосселлиниИзабелла Росселлини

с 1994 по 1996 год

«Мы были помолвлены, — говорит актриса. — Но потом я поняла, что за всю любовь мира не поселю своих детей под одной крышей с сильно пьющим мужчиной».

Донья ФиорентиноДонья Фиорентино

с 1997 по 2001 год

«Донья убедила меня, что мы — родственные души, — рассказывал Олдман. — Но она не заинтересовалась бы мной, если бы я не был известным актером».

Александра ИденбороАлександра Иденборо

с 2008 года по настоящее время

Алекс посвятила Гэри трогательную надпись на буклете своего альбома «Touchez-Moi»: «Моему потрясающему и вдохновляющему мужу, который от разочарования в любви привел меня к пониманию ее истинной сути»

Загрузка...