Гэри Олдман: «Если мне суждено получить «Оскар», то за эту роль»

Британский актер номинирован на премию «Золотой глобус» как лучший исполнитель в фильме «Темные времена». Он рассказал «ТН», как отсидел 200 часов в кресле гримеров и почему теперь предпочитает сериалы.

21.12.2017, 08:00, Уильям Кинг


Гэри Олдман. Фото: Global Look Press


Публика помнит Олдмана в основном по ролям злодеев. Дракула с одноименном фильме Фрэнсиса Форда Копполы, Зорг в «Пятом элементе», Мэйсон в «Ганнибале». В жизни актер мягкий и располагающий к себе человек. Спокойный, обстоятельно отвечающий на вопросы. У него произошла резкая смена амплуа. Мы встречаемся в Лондоне, где Гэри работал над своим новым фильмом — биографией Уинстона Черчилля.

18 января картина «Темные времена» выходит на экраны.

— Что вы делали, пока вам накладывали грим, искусственный животик? Читали, смотрели кино на планшете?

— Ах, если бы! Это работа как гримера, так и актера. Они постоянно ставят тебя в определенную позицию, требуют стоять ровно и не двигаться. Во время гримировки лица можно было хотя бы сидеть. Я хотел поговорить с кем-нибудь по телефону по громкой связи, но мне это тоже запретили, потому что у меня двигалось лицо. Это были очень длинные и тихие утренние часы...

— Но художники по гриму выполнили отменную работу! На экране вас практически невозможно узнать!

— Может, и сейчас тоже не я настоящий? Меня опять загримировали?

— Грима опять же не видно, но вы теперь гораздо стройнее! Как вы себя чувствовали, играя самого известного британского премьер-министра?

— Чувствовал себя замечательно, потому что я с большим уважением отношусь к его роли в истории. Победа во Второй мировой войне — во многом его заслуга. Некоторые считают его ворчливым стариком, который ходил в смокинге и разбрасывал вокруг себя пепел от сигары. Из меня по время съемок выпрыгнул другой Черчилль. Такой уверенный в себе персонаж, с чертовщинкой в глазах. В нем была дерзость, присущая розовощеким школьникам.

— Почему фильм о Черчилле выходит именно сейчас, когда в мире так сильны националистические настроения?

— Мы приступили к съемкам над «Темными временами» в начале 2016 года. Трампа еще не выбрали, Brexit (выход Британии из ЕС. — Прим. ТН) тоже не случился. У нас был сценарий о смешном мужчине, который в жизни наломал немало дров, но под конец ее кое-что сделал очень правильно. Также он был очень нетипичным политиком. Например, имел титул и поместье, ему было сложно нравиться другим, не говоря уже о народных массах. Как очень странный, эксцентричный аристократ оказался вершителем судеб многих народов, и как он с таким грузом справлялся — в этом я видел свой интерес в этой работе.

— Сейчас многие прочат вас в победители оскаровской гонки этого года.

— Если мне и суждено в жизни получить премию «Оскар», то за этот фильм.

— Сложно представить, но даже «Золотой глобус» — это первая номинация в жизни. Как так получилось?

— В истории «Оскара» я, наверное, буду первым актером, у которого нет и никогда не было пресс-секретаря. Всегда считал, что мне не нужен человек, который бы ходил и расхваливал меня. Я просто делаю свою работу, а попадет она на премии или нет — это всегда меня интересовало мало.

— В интервью, которое вы давали перед премьерой фильма «Шпион, выйди вон!» вы сказали, что в случае победы принимать награду пошлете вместо себя американского индейца, как когда-то это сделал Марлон Брандо. У вас до сих пор такой же план?

— Ну, я же пошутил. Конечно, поехал бы сам, для меня это была бы огромная честь. Да, я получил удовольствие, работая над фильмом, но заветная статуэтка могла стать вишенкой на торте для всей огромной команды, которая стояла за созданием фильма.


С женой Жизель, мамой Кэтлин Олдман и сыновьями. На премьере фильма «Темные времена» (Лос-Анджелес, 8 ноября 2017). Фото: Gettyimages.ru


— Премия «Оскар» могла бы сильно повлиять даже на карьеру такого состоявшегося актера, как вы?

— Я нахожусь в руках киноиндустрии и того, что она производит. Также завишу от дружбы с режиссерами и продюсерами, их воображения и того, как они проводят кастинг. Понимаете, о чем я? Я всегда говорю, что, если бы остался жить в Англии, никогда не сыграл бы Дракулу у Копполы. Мой переезд в Калифорнию сильно поменял ход карьеры. Я знаю, моя фильмография выглядит так, как будто я люблю фантастические роли, а также макияж и парики, но это совсем не так!

— Говоря о «Дракуле», вы могли тогда предугадать, что сыграете персонажа, который станет культовым и будет оставаться популярным на протяжении 25 лет?

— Это была одна из самых тяжелых киноработ. Конечно, меня вдохновил Носферату, но мой Дракула отличался от всех существовавших кино-вампиров. У него оказалась очень измученная душа. Мы долго погружались в роль, и, чтобы помочь с этим, Коппола даже подарил мне саркофаг, который хранился у меня дома и в который я мог бы залезть, чтобы вжиться в образ. Тогда же я тесно познакомился с трансформирующим накладным гримом.

— Вы говорили, что хотите снять собственный фильм, он будет не ужастиком и не фантастикой?

— У меня есть мелодраматическая история, которую я написал и пытаюсь запустить в производство. Вроде бы нашел инвестора, но поиски заняли более пяти лет.

— Неужели не хотят вкладывать деньги даже под ваше имя?

— У больших студий есть убеждение, что люди не хотят мелодрам. Но сериалы «Подпольная империя», «Карточный домик», «Настоящий детектив», «Фарго» страшно популярны!

— По какому принципу вы отбираете сценарии сейчас?

— По принципу его наличия. Все, что мы видим в индустрии сегодня — огромное число актеров и большой недостаток режиссеров и инвесторов. Женщинам-актрисам еще сложнее. Вот вам пример: некоторое время назад я сидел несколько месяцев без работы, платил по кредиту за дом, за частную школу для детей, а дохода не было. Потом мне позвонил агент, сказал: «Мэтт Ривз хочет предложить тебе роль в "Революции". Он напишет тебе письмо». Я подумал: «Ну, слава Богу, появилось, что делать!» Я берусь за все стоящие роли, что мне предлагают. Не то чтобы у меня на столе лежала стопка из двухсот сценариев, и я выбирал: «А не сняться ли мне в этом году в фантастике, а летом быстренько сделать какой-нибудь маленький независимый фильм?» Как вы думаете, почему Джордж Клуни рекламирует кофеварки?

— Очень любит кофе?

— У него дом на озере Комо, который надо содержать. Рекламные контракты часто дают актерам едва ли не больше, чем гонорары за кино.

— Вы не хотели переписать вашу мелодраму под телеформат, где больше денег?

— Я думал сделать из нее мини-сериал на четыре части. Но сейчас постараюсь уложиться в существующий бюджет полного метра. Сегодня все пытаются снимать в разных местах, где дают послабления с налогами. Моя история происходит в Калифорниии, около Сан-Франциско и в долине Напа в 1870-х годах. Скорее всего, мне придется снимать в Венгрии, Чехии или Канаде.

Я помню время, когда люди обсуждали новые фильмы за обедом. Теперь аудитория комментирует эпизод очередного сериала онлайн. Телевидение наслаждается пиком зрительского интереса, который киноиндустрия пережила в 1970-х.

— Почему так получилось? Вроде пиратские копии есть как в кино, так и на ТВ. Значит, не в пиратах дело?

— Телевидение смелее и свежее. Там новые интересные идеи. Вот вы что думаете про киноиндустрию сегодня?

— Есть некоторый застой. Снимают много комиксов, приквелов, продолжений...


Гэри Олдман и Кристин Скотт-Томас (кадр из фильма). Фото: ©Universal Pictures


— Ремейки тоже везде и всюду. Оригинальные сценарии стали большой редкостью, вот что я вижу как актер.

— То есть телевидение работает за себя и за киноиндустрию?

— Возьмите сериал «Во все тяжкие». Разве можно наркодилера представить героем большой голливудской мелодрамы? А в сериале — легко, и он был невероятно популярным. Раньше на телевидении стояло клеймо примитивного жанра. В 1980-х мы морщили носы: мы — киноактеры, а эти — просто на ТВ. Теперь нам всем нужна работа, островок безопасности становится все уже.

— Если бы вас позвали в сериал, пошли бы?

— Почему бы нет?.. Зовите!

— Услышав эти признания, хочу узнать, реклама очков Prada в вашей карьере тоже случилась чисто ради денег или вам действительно нравится хорошо одеваться?

— Меня греет мысль, что у меня есть чувство стиля. Думаю, я заслуженно получил приглашение посотрудничать. Однажды я даже вышел на подиум на показе Prada. Поехал для этого в Милан.

— Когда это было? Я как-то упустил этот момент...

— Ой, что вы, это было много лет назад, когда я был популярной моделью, — шутит актер.

— Легко вас было на это уговорить?

— Дизайнер Миучча Прада пригласила меня лично участвовать в показе. Моя проходка длилась где-то 48 секунд.

— Там были другие актеры?

— Да, туда также приехали Тим Рот и Уиллем Дефо... Это пример того, как я совершенно не ищу каких-то событий и даже отказываюсь, но мне их предлагают все равно. В какой-то момент я не был страшно занят и сказал: «Хорошо, я поеду в Милан и сделаю это чисто смеха ради!» Данный случай очень показателен для моей жизни. Я просто даю событиям происходить тогда, когда они сами назревают.

«Темные времена» в кино с 18 января



Гэри Леонард Олдман

Родился: 21 марта 1958 года в Лондоне

Семья: жена — Жизель Шмидт, писательница; дети — Алфи (29 лет, от первого брака), Гулливер Флинн (20 лет, от третьего брака), Чарли Джон (18 лет, от третьего брака), Роберто (25 лет, усыновленный с Изабеллой Росселлини)

Образование: окончил школу актерского мастерства в колледже Роуз Брюфорд

Карьера: начал играть на театральной сцене с 1979 года. Снялся более чем в 70 фильмах, среди которых «Дракула, «Леон», «Бэтмен: Начало», «Шпион, выйди вон!»

Теги:  Гэри Олдман, интервью со знаменитостями



Нравится Нравится
Загрузка...
Загрузка...
Loading...