Онлайн-журнал о шоу-бизнесе России, новости звезд, кино и телевидения

Александр Незлобин: «Я спал на диванчике у Светлакова, он меня кормил»

0

Интервью с резидентом Comedy Club, который снял сериал про самого себя и друзей и, естественно, сам исполнил главную роль.

Резидент Comedy Club на ТНТ Александр Незлобин снял сериал про самого себя и друзей и, естественно, сам исполнил главную роль. Съемки шли в квартире Cашиных родителей в его родном городе Полевском, а маму героя сыграла настоящая мама Незлобина — Ирина Ивановна.

— Александр, долго маму уговаривали?

— Да уж. А она без конца советовалась со всеми. У нас есть общая черта характера: когда ты давно принял решение, нужно еще пойти за сбором доказательств по всем друзьям и близким, триста раз поговорить про одно и то же. Мама очень переживала, что у нее нет актерского опыта. Я ведь ее уговорил просто поучаствовать в пробах. Привез запись на ТНТ, сказал: «Посмотрите, по-моему, эта женщина неплохо смотрится в роли мамы», и ее утвердили. Она сначала не слишком верила в произошедшее, а когда мы с кучей народу приехали на съемки в Екатеринбург, было поздно идти на попятную. То, что родители разрешили снимать сериал прямо у нас дома, кажется мне поступком смелым. Потому что съемочная группа — это 70 человек. Но у нас, к счастью, все прошло гладко.

Конечно, началось сумасшествие — перекрасили стены, повесили новые картины. А потом родители снова делали ремонт. Мама пыталась поделиться со мной своими метаниями и терзаниями, но я отвечал: «Потом поговорим, иди в кадр». Просто не хватало сил быть еще и сыном, проявлять заботу. Все жестко, быстро, времени мало. «Мам, делай так, говори это». — «Сынок, а во что одеться?» — «Звони костюмеру». Только сейчас, когда уже можно перевести дыхание, думаю: а как она теперь вынесет это? Ведь после выхода «Неzлоба» ее жизнь немножко поменяется. Или даже не немножко… Весь город станет его смотреть, явно будут и негативные отзывы.

У мамы полноценная роль, она снялась в половине серий, а в эпизодах появляются мои двоюродные сестры и братья, дяди, тети, друзья… Там много людей — они все либо родственники, либо соседи. У нас также снялось много звезд: Кристина Асмус, Павел Воля, Иван Охлобыстин, Сергей Светлаков.

— А папа даже на заднем плане не пробежал?

— Он снялся в одном эпизоде, но его вырезали. Линия оказалась лишней. Не знаю, как ему об этом сказать. Хоть новый проект придумывай, чтобы снять его снова.

— До «Неzлоба» родители вообще никак с кино, с театром не соприкасались?

— Абсолютно. Мама, Ирина Ивановна, хотела в детстве быть актрисой, это была одна из ее «мечт». Но проработала всю жизнь на заводе, была заведующей бюро расчетного отдела, пока не попала под сокращение. У папы, Василия Ленодаровича, своя фирма, он занимается камнем, плитняком, который на дачах используют, и уральскими самоцветами. Когда я учился в школе, он занимался металлом и считался в городе успешным бизнесменом — естественно, по меркам Полевского.

— В строгости вас воспитывали?

— И мама, и папа мягко со мной обходились. Просто всегда объясняли: так делай, а вот так не надо. Без тирании.

— Даже ремнем ни разу не ударили?

— Однажды я что-то натворил, а отец говорит: «Сейчас я тебя ремнем!» И действительно, стал его из брюк вытаскивать. Меня почему-то развеселила эта ситуация: мой папа — и вдруг ремень! Я не знал, правда он хочет мне всыпать или только припугнуть собирается. Более дипломатичный ребенок хотя бы изобразил раскаяние, но я начал ужасно смеяться. Первый раз он на меня сильно разозлился, когда я в 9-м классе покрасил волосы (сделал бордовые полоски) и пробрил несколько полосок на брови. Вернулся из парикмахерской, вбежал в комнату, где папа разговаривал по телефону, и стал ему хвастаться своей тюнингованной бровью и прической. Папа не оценил…

— Творчески вы к внешности подходили…

— И в дизайне интерьера тоже пытался самовыражаться. В классе 8-м или 9-м покрасил стену в своей комнате краской из баллончика. Получилось не очень ровно, конечно. Развесил плакаты. Я тогда влюбился и из пустых сигаретных пачек, найденных во дворе, выложил на этой стене инициалы — свои и девушки — «С.Н. + И.Г. =». Знак «равно», а вот что равно, не написал — пачек не хватило.

— Иного восьмиклассника за такое бы из дома выгнали.

— Родители в то время все равно собирались делать ремонт. Правда, так и не сделали.

— Приехали снимать сериал — и все кинулись фотографировать арт-объект, созданный 14-летним Незлобиным?

— Нет, папа купил квартиру этажом ниже — мы в ней снимали. А новым жильцам, которые купили нашу старую квартиру, любовь и творчество восьмиклассника Саши были не особо дороги — вот они все и оторвали, отскребли и отремонтировали.

— В школе вы, наверное, были главным специалистом по шуткам и приколам?

— Одним из. Завхоз даже кидалась в меня шваброй. Мы хулиганили с ребятами, постоянно воровали тряпку, куда-то ее закидывали. Сейчас не очень удобно за это. Постепенно наши шутки становились более…

— Интеллектуальными?

— Более обидными.

— Ага, наоборот.

— Интеллектуальными соответственно и более обидными. В 9-м классе, например, учительница физики на нас накричала, а мы со смехом ответили: «Если муж вас не любит, мы в этом не виноваты». Она разрыдалась, нам стало очень стыдно. Физичка побежала к директору: «Я больше не буду учить этот класс, если вы такого-то и такого-то не выгоните». Не правы были все — и мы, и учительница. Но это грустная история, а веселые шутки тоже случались. Я отдыхал с родителями и привез классной руководительнице сувенир — ручку с секретом: открываешь колпачок — взрывается петарда. Классная преподавала у нас историю и как раз собиралась поставить мне четверку за ответ. Говорит: «Сейчас мы новой ручкой поставим тебе оценку…» Моя четверка взорвалась у нее в руках! В результате я вместо четверки трояк получил.

У меня не было цели издеваться, просто хотелось, чтобы люди посмеялись. С детства мечтал заниматься развлечением, энтертейнментом — но иногда получалось сурово. Впрочем, сурово шутил в нашей школе не я один. У нас был легендарный преподаватель математики — я его обожал, он реально был самый смешной и нестандартный человек в школе. Он писал книгу афоризмов, у него был японский сад камней, к тому же он обладал отличным чувством юмора… Только этот учитель считал меня не совсем честным мальчиком, думал, что я все списываю у соседа, постоянно шутил надо мной и издевался. У моего папы тогда был хороший период в жизни, и он купил ту самую квартиру этажом ниже. И математик говорил: «Ну что, вы уже построили золотую лестницу на второй этаж? У вас же теперь двухэтажная квартира». Он меня полил из чайника, тогда я достал кактус из его сада камней и положил ему на стул. Учитель разозлился, взял мой дневник и написал: «Вызываю в школу родителей». Я ему тут же написал в дневнике ответ: «Если бы вы меня не полили из чайника, мы бы с вами жили мирно».

По русскому и литературе у нас тоже была отличная преподавательница, которая меня не любила. Благодаря ей я делаю гораздо меньше ошибок, чем мои знакомые. Непонятно, как она этого добилась, ведь я не учил русский вообще, а по литературе у меня в 10-м классе была двойка за полугодие, которую она не разрешила исправить!

— Вы удачно пошутили про ее личную жизнь? Всем же тройки натягивают обычно…

— Преподавательница была жутко строгая. А в 10-м классе у нас появился новый ученик, который, чтобы понравиться народу, много шутил на уроках. У него это получалось феерически несмешно! После очередного странного выступления мы ему посоветовали: «Ты зря шутишь с этими учителями. Вот на литературе мы весь урок ржем, там реально круто над училкой прикалываться». Он говорит: «Ну не знаю… Посмотрю на нее и решу, можно или нет». А преподавательница была молодая, но при этом очень злая! В начале занятия наш странный новенький говорит ей: «Можно». Она спрашивает: «Что можно?» А весь класс стоит. Он повторяет: «Ну можно просто…» Его выгнали из класса, мы с друзьями посмеялись. Возможно, из-за этого розыгрыша мне и не разрешили исправить честно заработанную двойку.

Я мало учился в школе, но последние три года стараюсь наверстывать упущенное. У меня настоящий голод — я чувствую, как мне не хватает знаний. Я не читал некоторые произведения из школьной программы, и бывает стыдно, когда меня кто-то спрашивает: «Помнишь, как в «Войне и мире» у Толстого?» Отвечаю: «Да», а сам-то не помню, потому что не читал. Вот «Горе от ума» недавно прочитал первый раз. В школе меня как-то название отпугнуло.

— И как вам?

— Очень понравилось, непрерывно смеялся! А например, Чехова много раз начинал читать, но он пока не идет. Лежит книжка около кровати, открываю ее — и, помучив страницу, снова закрываю. Зато «Семья вурдалака» Алексея Толстого, которую мне бабушка в детстве читала, отлично пошла. Еще читаю книги продюсеров, биографии известных личностей вроде Стива Джобса, на очереди книги режиссеров и кинокритиков. Такие вещи на слух сложно воспринимать, а классическую литературу вполне можно, так что я слушаю аудиокниги в машине. Иногда останавливаюсь и записываю некоторые фразы. Из «Мертвых душ» выписывал всякие реплики Ноздрева. Даже позвонил Толе Бурносову, который в «Неzлобе» играет наглого продюсера Золотого: «Ты читал «Мертвые души»?!» А у него серьезное образование типа МГУ. Он отвечает: «Ну да, читал». Я говорю: «Золотой — это же Ноздрев, все уже придумано до нас!!!» Я и Толе аудиокнигу «Мертвые души» купил. Вот думаешь, что ты такой гениальный, а оказывается, все уже давно написано. Если бы можно было закачать всех классиков на флешку и засунуть ее себе в мозг! Потому что читать долго, а времени мало. Сейчас, в 30 лет, я с огромным удовольствием прослушал бы курс школьной литературы и долго бы общался с учительницей.

— Как же вы в институт поступили?

— Поскольку папа целых три года был успешным по полевсковским меркам бизнесменом, он накопил мне на обучение. Мы с ним приехали в институт, который был первым по дороге прямо из Полевского в Екатеринбург, он тогда назывался СИНХ, а сейчас его переименовали в Уральский государственный экономический университет. Папа мне сразу предложил поступать на платное отделение. Мы удивились, но там были очень простые экзамены, я их сдал и поступил.

В целом мне повезло. Повезло с родителями, повезло, что у отца были деньги на мою учебу. Мне кажется, что институт дал мне самое главное — возможность не деградировать, не остаться на послешкольном уровне, повариться среди более образованных людей. Там я уже начал участвовать в КВН, но страх вылететь из института все-таки был велик, и я учился.

— По специальности не работали вообще?

— Работал. Я на третьем курсе проходил практику в банке. Но когда меня не отпустили на фестиваль КВН, ушел с работы. Казалось бы, глупый выбор — но ведь я в итоге не прогадал! Защитив диплом, вышел из института и увидел объявление, что Свердловская киностудия приглашает на курсы сценаристов, режиссеров-операторов, продюсеров… И я пошел на курсы, по-моему, режиссеров-операторов. Сходил на пару занятий, а тут открылся «Comedy Club Eburg Style». Ребята из Comedy хотели, чтобы я сидел у них на звуке, но я сказал: «Нет, я буду выступать» — и написал монолог про женщин. Я несколько раз прогулял учебу, так постепенно и забросил. В Comedy Club мне начали платить деньги, я перешел с еды в институтской столовой на нормальное питание.

— С кем из кавээнщиков, из резидентов Comedy Club на ТНТ познакомились раньше?

— Со Светлаковым. С ним мы подружились в один прекрасный Новый год. Его друг, тоже игравший в КВН, позвонил мне 31 декабря и сказал, что их компании негде в Екатеринбурге отмечать Новый год. А в Полевском была лыжная база, куда они раньше приезжали. Мы их поселили в номерах на этой базе. Я на праздник работал в ночном клубе Дедом Морозом — мы там накрыли стол, потом вместе веселились. Утром Светлаков приготовил солянку, а вечером я их возил на машине, показывал Полевской. Светлый растрогался: «Ты молодец, сделал для нас такой праздник». Вот с того дня и дружим. А сейчас Сергей снялся в сериале «Неzлоб», ведь сериал — это не только истории из моей жизни, они также из жизни моих близких людей. В нем снялись и мои друзья из Екатеринбурга — Наташа Ткаченко и Саша Балдин. Мы вместе писали сценарий, отдали этому проекту три года.

Когда меня первый раз позвали в Москву выступить в Comedy Club, Серега уже жил в столице и писал тексты для КВН. Он предложил: «Приезжай ко мне! Главное — купи билет на поезд сюда, а здесь тебе ничего не нужно. Билет обратно я куплю». Я приехал на четыре дня, снялся, а жил у Светлакова, спал на диванчике в его съемной квартире в Крылатском, он меня кормил…

— В те годы вы в Москве так и прописались на светлаковском диване?

— Когда меня второй раз позвали выступить в столице, я уже остановился у своих школьных друзей, которые переехали в Москву и работали в банке. Я время от времени приезжал сюда на съемки, жил у них, а через полгода нам предложили первые гастроли. Позвонил екатеринбургский продюсер Comedy Club: «Москва предлагает тебе гастроли — 10 концертов и за каждый по $100. Зовут тебя и Гавра. Только если вы оба согласитесь, вам придется спать в одной кровати: в автобусе по­­едет 10 человек, а спальных мест всего девять». Гавр Гордеев тогда еще жил в Перми и тоже начинал выступать в Москве на вечеринках. Мы созвонились с Гавром, он говорит: «Я хочу поехать». — «И я». — «Ну ладно, будем спать вместе». У нас был двухэтажный автобус, второй этаж которого переделали под спальные места. И первые несколько ночей мы действительно спали с Гавром, правда, с трудом умещались в одной постели. Поэтому одному из нас — по очереди — приходилось всю ночь смотреть фильмы. Слава Богу, ночных переездов было немного.

— А с Мартиросяном стали общаться уже позже?

— Да. Я даже испытывал подобие трепета… Все первые резиденты были уже большими звездами, но они так себя поставили, что робость быстро исчезла. Просто хотелось соответствовать их уровню.  Первое время меня снимали так: я стоял за сценой в гриме, в костюме и выходил последним номером. Так делали, чтобы не рисковать. После всех выступлений Арташес Саркисян объявлял: «А теперь дебют на сцене Comedy!»

— 30 июля этого года у вас было 30-летие. Отмечали пышно?

— Да, в Юрмале. На следующий день открывался фестиваль Comedy Club — 10 лет. туда приехало много народа, и я подумал, почему бы всех не собрать. Мы отмечали день рождения на берегу моря. Желтая пресса выстроилась в ожидании, что вот сейчас резидентов застукают за совместным употреблением наркотиков. И все очень сильно удивились, потому что мы занимались спортом. Начали с «пляжного биатлона»: сначала ездишь несколько кругов на сегвее, а потом стреляешь в тире. Затем мы играли в «Что? Где? Когда?». Крутили волчок, снятые на камеру жители городов Латвии задавали вопросы. Потом я просто читал вопросы — когда охрип, меня сменил Гарик Харламов. У команд было бурное обсуждение. Один товарищ сказал: «Ты изменил представление моей жены о Comedy Club. Она так не хотела идти к тебе на день рождения, думала, что вы все напьетесь… А вы тут в «Что? Где? Когда?» играете!» 

Я, конечно, сильно потратился, надо мной на эту тему подшучивают иногда. Но у меня была цель. Мы все давно не виделись, я хотел представить им свою семью — жену Алину, дочку Линду и, кстати, свой сериал. Хотел сказать ребятам: «Хоть мы и долго не виделись, я с вами! Я о вас помню, и во всем, что я делаю, всегда есть вы».

Загрузка...