16+

Александр Кержаков: обо мне много чего говорили, и я решил рассказать правду

В жизни знаменитого футболиста произошло важное событие: 10 апреля у него родился сын. А совсем недавно, в феврале, у Александра вышла книга — «Лучший». «ТЕЛЕНЕДЕЛЯ» поговорила со спортсменом и о его детище, и о его детях, и, конечно, о нем самом.

19.04.2017, 19:45, Елена Фомина

— Мы с Миланой не хотели устраивать торжество всем на зависть и на удивление, для нас это была скорее формальность. Сыграли свадьбу быстро и скромно — и продолжили жить точно так же, как жили раньше. Фото: Андрей Федечко

Всего за шесть дней до рождения ребенка у жены Кержакова Миланы внезапно умер от сердечной недостаточности отец, петербургский сенатор Вадим Тюльпанов. Он очень ждал внука, спрашивал у дочери, будет ли она давать с ним нянчиться, участвовал в обустройстве детской и дискутировал по поводу его имени. Говорить о тесте Александру еще очень больно.

— Александр, поздравляю вас и Милану с рождением сына! Пусть растет здоровым и счастливым! Как назвали малыша?

— Спасибо большое! У нас огромное счастье сразу после огромной потери. Артемию всего несколько дней, так что рассказывать о нем пока не будем.


Фото: Андрей Федечко



— Очень вас понимаю. Тогда давайте о вашем «ребенке», родившемся почти два месяца назад. В феврале в издательстве «Эксмо» вышла ваша книга «Лучший». Как возникла идея и долго ли она осуществлялась?


— В последние годы в моей личной жизни происходили вещи, о которых много чего говорили, в том числе за моей спиной, и мне захотелось рассказать правду. И в моей спортивной карьере тоже произошло многое… Все, что я хотел сказать, не поместилось бы ни в одно интервью — явно требовалось произведение более внушительного объема. Книга написалась довольно быстро: большую часть я наговаривал на диктофон и отсылал записи в издательство. Только главы про личную жизнь и про друзей написал сам. Столько всего вспомнил, пока надиктовывал книгу! Она уже ушла в тираж, а интересные случаи, подробности все продолжали всплывать в памяти. Страшно хотелось их дописать, но возможности уже не было — и вскоре я снова их позабыл.

 Читайте также 
Супруга Александра Кержакова показала ребенка
Мне кажется, моя книга поддержит будущих спортсменов и родителей, которые хотят отдать своих детей в спорт. Не у всех в жизни царит благополучие и комфорт, не у всех есть хорошие условия для развития способностей, но, если стремиться к цели, все можно преодолеть. Особенно если родители поддерживают.
 
— Ваша жизнь — тому подтверждение?

— Именно. Я из маленького города Кингисеппа Ленинградской области. Футбол у нас был не особо развит, но мне нравилось в него играть. Папа увидел мои способности и сам тренировал меня маленького. Они с мамой работали на заводе, зарплата была небольшая, к тому же ее месяцами задерживали. Правда, примерно так жили все ребята вокруг, так что мы с младшим братом, Мишей, не чувствовали себя ущемленными. Мы с ним играли в футбол всегда и везде, в том числе в нашей небольшой квартире. Брата, который впоследствии стал вратарем «Зенита», я всегда ставил в ворота — их функцию выполнял шкаф-стол, у которого внизу была ниша. Я бил маленьким мячиком по «воротам», но попадал в лампу или по посуде. (Смеется.)

— Родители ругали или понимали, что, поскольку в доме растет футболист, подобные жертвы неизбежны?

— Бить чашки и плафоны не разрешалось даже будущим бомбардирам — с этим дома было строго. На тренировках папа тоже был строг: он мечтал, чтобы я стал футболистом, но понимал, что для этого надо невероятно много трудиться. Если он считал, что я работаю не в полную силу, тренировка быстро заканчивалась и мы приходили домой порознь. Я очень старался заниматься полноценно и возвращаться со стадиона вместе с отцом.


«Спасибо за сына, любимая», — написал Александр в своем «Инстаграме». С новорожденным малышом. (10 апреля 2017). Фото: instagram.com



Когда мне было 10 лет, мы по радио услышали, что в Петербурге в футбольную школу «Смена» набирают мальчиков 1982 года рождения — то есть моего. Мы туда приехали, я понравился тренеру, и он сказал завтра же приезжать на тренировку. Но папа ответил, что ездить из другого города, тратя на дорогу в один конец два с половиной часа, не получится. Потом настали летние каникулы, и мы, как обычно, поехали к бабушке с дедушкой в городок Кувшиново. Однажды я решил поиграть в футбол с ребятами на местном стадионе. Настолько впечатлил их, что они спросили,­ ­откуда я. Папа ответил, что из Петербурга и играю в «Зените». Когда мы отошли, я у него поинтересовался: «Зачем ты им это сказал? Мы ведь только в «Смену» съездили на просмотр». Тогда папа сказал: «Если ты захочешь, то сможешь играть в какой угодно команде».

Про «Зенит» он не наврал, а просто слегка опередил события: меня взяли в СДЮШОР «Зенит» в 11 лет. Встал вопрос, где мне жить в Петербурге. В спортивный интернат меня не зачислили из-за юного возраста, и единственным выходом оказалась школа-интернат для детей из многодетных и малообеспеченных семей.
 
— Не представляю, каково это — жить в 11 лет без мамы с папой, одному в чужом городе, но подозреваю, что несладко.

— Первое время, конечно, было сложно, но потом я привык. Ко всему же привыкаешь… В интернате жили ребята, у которых семьи чаще всего были несчастливые, неблагополучные. Пацаны моего возраста могли и покурить, и выпить. Мы жили по восемь человек в комнате. Приезжали в понедельник в интернат, а в субботу разъезжались по домам — в выходные можно было наконец помыться.

— Душевые и ванные комнаты в интернате были совсем ужасны?

— Их вообще не было, как и горячей воды. А в комнатах стоял такой холод, что мы спали в одежде.


— Я не воспринимал Милану как представительницу золотой молодежи. У нас с самого начала не было никаких проблем в общении. Фото: Андрей Федечко




Теги:  Александр Кержаков, интервью

Комментировать


Нравится Нравится
Загрузка...
Loading...



Комментарии (0)

Ваше имя:

Текст комментария: