Онлайн-журнал о шоу-бизнесе России, новости звезд, кино и телевидения

Главные приметы киношников: чего боятся актеры и режиссеры

Съемочная площадка похожа на страну с массой традиций, к которым привыкли местные жители и которые удивляют туристов. Например, там нельзя присесть на стул режиссера. Зато нужно — на упавший сценарий.

0

Когда на воду спускают новый корабль, о его борт разбивают бутылку шампанского. У киношников похожий обычай. В первый день съемок о штатив камеры или просто о землю торжественно разбивают на счастье тарелку, на которой написано название фильма и имена режиссера, актеров, художника-постановщика, оператора, звукорежиссера, гримеров… По примете, если тарелка не разобьется, фильм получится неудачным. Но тарелки в основном бьются исправно, и все члены съемочной группы разбирают осколки на память. Впрочем, иногда тарелку не бьют, а дарят режиссеру.

Свистунам здесь не место

В кресле режиссера, по киношным суевериям, нельзя сидеть никому, кроме него самого, иначе съемки пойдут наперекосяк. Во избежание недоразумений кресла подписывают, но примета распространяется даже на неподписанные стулья — в этом случае их надо знать «в лицо».


Алла Сурикова со своим режиссерским креслом (2008). Фото: Максим Шеметов/ТАСС

Если упал сценарий или листочек с текстом, актер не поднимет его просто так! Обязательно надо сесть на него и встать, прижимая сценарий рукой к ягодицам. Эта традиция появилась раньше самого кинематографа, она родилась в театре. Говорят, Фаина Раневская ради соблюдения этого правила однажды в прямом смысле слова села в лужу. Из театра пришли и другие суеверия. Например, на съемочной площадке, равно как и за кулисами, нельзя свистеть и есть семечки. Нет, если нужно по роли, то хоть обсвистись и обгрызись, а вот для собственного удовольствия — ни боже мой. Иначе в первом случае свистун скоро вылетит из профессии, а во втором — фильм не соберет денег в прокате. Однако бывают и исключения. Например, Андрей Панин, снимаясь у Павла Лунгина в «Свадьбе», нагло грыз семечки. И ничего — фильм имел большой успех и у критиков, и у зрителей.

В первый съемочный день категорически нельзя снимать похороны и кладбища, но один смельчак решил не поддаваться суеверию… Режиссер Илья Макаров начал снимать мини-сериал «Савва Морозов» именно с кладбища, а буквально на следующий день сломал ногу и три месяца пролежал в больнице — фильм вместо него снимали другие режиссеры.


Кадр из фильма «Вий» (1967): Леонид Куравлев, Алексей Глазырин, Наталья Варлей. Фото: Global Look Press

И в любой по счету день съемок актеры опасаются ложиться в гроб — после такого, говорят, жди болезни или несчастного случая. Но если играющий покойника артист положит себе под голову бутылку водки, а потом ее разопьют за его здоровье, ничего страшного не случится. Когда Валерий Золотухин играл в сериале «Участок» старика Хали-Гали, который делает себе гроб, ложится на примерку, а в конце картины действительно умирает, его партнер по картине Сергей Безруков говорил, что без этой сцены вполне можно обойтись, и режиссер был с ним согласен. Однако Золотухин решил: нечего бояться глупостей. Правда, бутылку под голову все-таки положил.

Собака Симонова

Водка — верное киношное средство и от падений с лошади. Александр Домогаров убедился в этом на собственном опыте. «Первый раз я сел в седло на «Гардемаринах», — вспоминает Домогаров. — Оказалось, что скакать не так уж легко, а падать — страшно. У конников был обычай: упал актер — должен поставить им бутылку. Когда они мне об этом сказали, я сначала не поверил и не принес. Вскоре упал второй раз. Мне говорят: «Ты что, не понял? С тебя уже две бутылки». Я принес две — и действительно перестал падать. И когда снимался у Лунгина в «Царе», упал, а каскадеры сразу: «Санечек, бутылочка!»


Александр Домогаров в фильме «Царь» (2009). Фото: Пресс-служба компании «Наше кино»

Кстати, о животных. Молодые кинематографисты не знают об очень хорошей примете: если в кадр случайно вошла собака и ее не прогнали, а, наоборот, сняли, фильм ждет невероятный успех. Сценарист и режиссер «Полицейского с Рублевки» Илья Куликов узнал о ней, работая над первым сезоном этого сериала. «Полицейского» снимал известный оператор Александр Симонов, веривший в приметы больше многих своих коллег. Однажды на территории завода герой Александра Петрова Гриша Измайлов должен был ждать приезда инкассаторов. После команды «Мотор!» в кадр зашла собака, жившая при этом заводе. А Петров, не выходя из образа, подозвал ее и стал гладить. После дубля к Куликову подбежал радостный Симонов и рассказал о грядущей удаче. Члены съемочной группы тут же назвали дворнягу «собакой Симонова» по аналогии с собакой Павлова. Примета сработала на сто процентов: зрители «Полицейского с Рублевки» обожают.


На съемках сериала «Полицейский с Рублевки» (2015): Анастасия Стежко, София Каштанова, режиссер Илья Куликов и Александр Петров. Фото: Пресс-служба ТНТ

Крайний съемочный день

Есть авторы, пьесы и роли, про которые у актеров идет дурная слава: мол, снимешься там — жди бед и болезней. В России особенно боятся браться за «Вия» Гоголя, «Мастера и Маргариту» Булгакова и за роль Ивана Грозного. А в Англии вызывает ужас пьеса Шекспира «Макбет» — актеры предпочитают даже не произносить лишний раз это название, говорят лишь «шотландская пьеса».

Самая приятная киношная традиция — это «шапка», застолье по случаю окончания съемок. Название возникло из-за того, что раньше на пирушку скидывались, бросая деньги в шапку. Традиция, которая с каждым днем становится все более значимой, — никогда не говорить «мой последний фильм» или «последний съемочный день», чтобы фильм действительно не стал самым последним. Вместо этого говорят только «крайний».

Вам могут понравиться
Загрузка...