Онлайн-журнал о шоу-бизнесе России, новости звезд, кино и телевидения

«Иван Васильевич меняет профессию»: интересные факты со съемок легендарной комедии

Пока снимали фильм, Наталья Крачковская страдала от резиновой шапки, Владимир Этуш рисковал быть покусанным, а Леонида Гайдая убеждали, что получается не смешно.

0

Не было бы счастья…

Мы даже не представляем, какого важного пласта нашей жизни могли бы лишиться. Сейчас стоит только произнести: «Танцуют все!» или «Я требую продолжения банкета!» — и что сразу вспоминается? Конечно же, фильм-праздник, фильм-фейерверк, фильм-антидепрессант — «Иван Васильевич меняет профессию». А ведь то, что он появился, — чистая случайность.


В начале 1970-х годов в стране возникла проблема со сценариями — особенно с комедийными. Леонид Гайдай долго не мог найти материал для фильма. А зритель ждал! И тут вместе с женой Ниной Гребешковой Гайдай попал в Театр киноактера на спектакль «Иван Васильевич» по пьесе Михаила Булгакова. Жена и предложила снять такой фильм. Но на это надо было решиться: комедия про то, как проходимец Милославский и управдом Бунша, притворившись князем и царем, перебираются в прошлое и запросто управляют государством, могла вызвать ненужные ассоциации у киношного начальства. Тому же Булгакову в свое время запретили ставить пьесу «Иван Васильевич» в Театре сатиры.

Гайдай решил рискнуть. Вместе с соавтором сценария, сатириком Владленом Бахновым, вымарал из текста все, на что обычно делали стойку официальные и неофициальные цензоры. Сценарий писался с азартом, глаза горели, и то, что получалось, самим авторам очень нравилось. Когда же фильм вышел на экраны, выяснилось, что главную-то идею авторы сценария оставили без изменения: страной правят жулики и бездари. И это так или иначе читалось! Умные головы перешептывались: «Антисоветское кино снял Леонид Иович…»

Никулин — вылитый Грозный

На роли двух главных героев — Ивана Васильевича Бунши и царя — режиссер пытался уговорить своего любимца Юрия Никулина. Тогда же в журнале «Наука и жизнь» были опубликованы исследования знаменитого советского антрополога Михаила Герасимова. Им, в частности, по костям черепа был восстановлен портрет Ивана IV Грозного, посмотрев на который Нина Гребешкова сказала мужу: «Ой, а ведь Юра удивительно на него похож!» Никулин же, видя бесперспективность затеи, категорически отказался: «Нет, Леня, ну что ты! Такую картину обязательно положат на полку! Я и тебе не советую».

Тем не менее на роли согласились попробоваться Евгений Лебедев и Евгений Евстигнеев. Евстигнеев, по мнению режиссера, подходил по всем парамет­рам, но его кандидатуру не одобрил худсовет.

У Юрия Яковлева предложение принять участие в пробах вызвало недоумение: как-то не вязались эти роли с его актерской биографией. Да еще нужно было не попасть под влияние «серьезного» Ивана IV, блистательно сыгранного Николаем Черкасовым у Сергея Эйзенштейна! Но он попробовал, подумал и согласился.

А рядом был человек, втайне мечтавший сыграть Ивана Васильевича в обеих ипостасях, — это Владимир Этуш. К сожалению, после роли товарища Саахова в гайдаевской «Кавказской пленнице» во Владимире Абрамовиче царя не увидели. Он получил роль Шпака, обворованного Милославским.

Николай? Нет, Шурик!


На роль инженера Николая Тимофеева претендовал Олег Видов. Но утвердили Александра Демьяненко, которого вся страна с давних пор звала Шуриком. Так Николая «переименовали» в Александра, как бы подчеркнув преемственную связь с предыдущими фильмами Гайдая — «Операцией «Ы» и другими приключениями Шурика» и «Кавказской пленницей»: бывший студент «подрос» до инженера. Его жену Зиночку сыграла Наталья Селезнева (ее героиня и Шурик вместе к экзаменам готовились в той же «Операции «Ы»). Когда Селезневой позвонили и сказали, что она утверждена, актриса была на седьмом небе от счастья. Во-первых, понимала, что это все-таки Булгаков, во-вторых, снимать будет Гайдай, в-третьих, собралась блистательная актерская команда. Да еще обещали платить 150 рублей в месяц! Ей надели парик — тогда это было модно. Парик этот когда-то сшили лучшие мастера для самой Любови Орловой, когда она снималась в фильме «Русский сувенир», но он ей не подошел.

На роль «джентльмена удачи», вора-домушника Милославского, пробовались Андрей Миронов, Вячеслав Невинный, Георгий Бурков, Сергей Никоненко и Георгий Юматов. Но Гайдай решил утвердить Леонида Куравлева.

Царицу Марфу Васильевну могла сыграть Наталья Гундарева, но повезло Нине Масловой. Причем на съемках акт­рисе приходилось то и дело скромно опускать глаза, пряча «красноту» — след от синяка: двумя неделями раньше на одной вечеринке из-за Нины Константиновны произошла драка, в которой и она пострадала. В сцене на пиру, однако, этот «прием» добавил царице кокетства.

Из-за протестов кого-то из мэтров, входивших в худсовет, долгое время под вопросом оставалось участие в фильме Михаила Пуговкина. Актер, играющий дураков, вдруг предстает в образе режиссера?! Несолидно. Вступился Григорий Чухрай: «Пуговкин вам еще покажет!»

Минуточку, я зарисовываю!

В роли Ульяны Андреевны Бунши, женщины бальзаковского возраста, то и дело появляющейся в разных париках, могла быть Нонна Мордюкова. Но удача улыбнулась Наталье Крачковской, которая, кстати, даже не ожидала такого приглашения. Гайдай дал почитать сценарий. Спросил, нравится ли. Наталья Леонидовна откликнулась горячо: «Конечно, Леонид Иович! Возьмите меня, пожалуйста. Честное слово, я хорошо сыграю!» Такой порыв Гайдая очень тронул. А актриса и впрямь сыграла великолепно! Самым мучительным для нее стал эпизод, который запомнился всем: «И тебя вылечат… И тебя тоже вылечат… И меня вылечат». В этой сцене Ульяна Андреевна снимает с головы парик, и зрители видят, что она обрита. Наталью Леонидовну уговаривали постричься, но она наотрез отказалась — у актрисы были роскошные длинные волосы. Тогда Леонид Иович решил, что на Крачковскую наденут два парика: верхний — обычная прическа и нижний — резиновая шапочка с бобриком. Правда, во время съемок Наталье Леонидовне от этой шапочки стало плохо: она была на несколько размеров меньше ее головы. Актрисе казалось, будто голова становится бесформенной, лицо отекает. Вытерпеть такое она смогла лишь несколько минут. Потом парик снимали, массировали лицо и надевали снова. Потребовалось много дублей, и над этой малюсенькой сценой работали целый день.

Потом вдруг в разгар съемок у Натальи Крачковской случилось воспаление легких! Пролежала она почти месяц. Вернулась на съемки заметно похудевшая. И Леонид Иович ей строго-настрого наказал: «По утрам манная каша — и вбиваешь туда два яйца. Днем овсяная каша. И макароны, макароны, макароны. Возвращаемся к своему весу!» И на съемочной площадке спрашивал: «Наш вес набрали? Да? Тогда поехали!»

Исторические наряды для съемок помогала подбирать знаменитая мосфильмовская художница Лидия Наумова. Она в свое время была художником по костюмам на картине Эйзенштейна «Иван Грозный». Оттуда и перешла половина одеяний.

С остальными работали новомодные модельеры. Наталью Селезневу одевал сам Слава Зайцев, молодой, но уже по­пулярный дизайнер. Его идеи пленяли сердца советских женщин. Зайцевские модели из нового фильма зрительницы зарисовывали в тетрадки впотьмах прямо с экрана кинотеатра. Как, впрочем, и обстановку богато обставленной квартиры зубного врача Антона Семеновича Шпака. Декорации возвели в одном из павильонов «Мосфильма». А рядом — скромное жилье Шурика и царские палаты Ивана Грозного. Саму же древнюю Москву по предложению художника-постановщика Евгения Куманькова решили снимать на территории Кремля в Ростове Великом. Там как раз были закончены реставрационные работы.

Смотрите также, другие обзоры лучших фильмов →

За чей счет этот банкет?

Гайдай не любил работать «от звонка до звонка». Порой он брал паузу, долго бродил в одиночестве — обдумывал тот или иной эпизод. Но часто и импровизировал. Например, сцена, когда царь присаживается на магнитофон, а из него вдруг звучит голос Владимира Высоцкого, слушая который Грозный плачет. Или, скажем, яркий кусочек в эпизоде с Натальей Кустинской (она играла пассию режиссера Якина) — актриса целует его, после чего Гайдай кричит: «Сплюнь, сплюнь!» Получилось очень даже смешно. Огромное количество реплик, ставших крылатыми, родилось прямо на съемочной площадке. «Закусывать надо» придумал Этуш. Во фразе «Граждане! Храните деньги в сберегательной кассе…» продолжение «если, конечно, они у вас есть» изобрел Леонид Куравлев. Кстати, в сцене, когда Милославский звонит Шпаку в поликлинику, у Куравлева никак не получалось подделать женский голос, и Наталья Кустинская предложила озвучить текст за него. И опять вышло очень смешно. Наверное, именно так и делается настоящее кино: все идет в общий котел.

Комедия комедией, но и при ее съемках актеры рискуют, порой не меньше, чем в боевиках. Например, в эпизоде, когда герой Владимира Этуша разговаривает с собакой, которая «пришла с милицией», жалуется: «Три магнитофона, три кинокамеры заграничные, три портсигара отечественных, куртка замшевая, три…» — режиссер командовал актеру: «Ближе к овчарке, ближе!» Ошарашенный милиционер тихонько предупредил: «Пес ведь и схватить может…» И тут Гайдай понял: больше не нужно «ближе», а то придется искать другого артиста.

Фильм был отснят за 71 съемочный день, актеры получили свои гонорары. Самый крупный, согласно смете, — Юрий Яковлев, сыгравший две роли. На фильме он заработал 4350 рублей — деньги по тем временам очень приличные.

Наступала пора монтажа. Но Леонид Иович почему-то решил показать съемочной группе отснятый материал в черновом виде. Не стоило, видимо, этого делать. Потому что все решили, что ну совсем не смешно… И худсовет даже порекомендовал режиссеру сократить фильм. Так из картины выпал эпизод, когда Иван Грозный на кухне Шурика жарит котлеты. Укоротили сцену погони. Не пропустили и некоторые весьма «острые» высказывания. Что-то пришлось переозвучить — именно по цензурным соображениям. В первоначальном варианте картины на вопрос Бунши-царя «За чей счет этот банкет? Кто оплачивать будет?» следовал ответ: «Народ, батюшка, народ». На экраны лента вышла с фразой: «Во всяком случае, не мы!» Кстати, восстановим историческую справедливость: на царском столе Ивана Грозного «икры заморской баклажанной» быть не могло. Ее завезли в Россию из Ирана много позже — в XVII веке.

Обкорнали и реплику Бунши «Что за репертуар у вас? Соберите завтра творческую интеллигенцию». «Творческую интеллигенцию» убрали.

В эпизоде допроса милиционер спрашивает у царя Иоанна Васильевича: «Где живете?» В сценарии царь отвечал: «Москва. Кремль». С «Кремлем» сразу возникли проблемы: «Вы что? «Кремль» — это ведь святое для каждого слово, а вы смеетесь». Пришлось заменить на невнятные «палаты».

Стоит отметить, что кое-какие изменения действительно пошли картине на пользу. Так, например, в сцене, когда Бунша в образе царя принимает шведского посла, фразу «Мир, дружба» заменили на «Гитлер капут!».

И через месяц фильм, окончательно смонтированный, с музыкой, с песнями композитора Александра Зацепина и поэта Леонида Дербенева, еще раз показали съемочной группе. И было уже совсем другое дело! Все катались со смеху. Кстати, исполнить в картине песню «С любовью встретиться» хотела София Ротару, однако ее довольно низкий голос не вписывался в комедийную интонацию. В результате спела Нина Бродская. А песню «Разговор со счастьем» («Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь…») исполнил Валерий Золотухин.

И вот подошла пора сдавать картину.  Сомнения-то оставались! Например, по поводу эпизода, в котором Шурик отправляет царя обратно в прошлое с криком: «Бегите, Иван Васильевич, бегите!» То есть в мрачном прошлом лучше, чем в светлом советском настоящем? Опасения, однако, оказались нап­расными. Начальством картина была принята на ура. Поддержали товарищи по цеху и даже конкуренты. Вот заключение Георгия Данелии: «Мне картина понравилась… Фильмы Гайдая надо оберегать».

Лучшие фильмы всех времен →

Назад в будущее

Нам-то, нынешним зрителям, понятно: фильм «Иван Васильевич…» в России будут смотреть всегда. Но мало кто знает, что он не получил ни одной премии на кинофестивалях. Почему?

Однажды Наталья Крачковская спросила про это Гайдая. На что тот ответил: «Наташа, наше время не пришло». Время-то пришло, но, к сожалению, уже без Гайдая.


Впрочем, еще в 1973 году фильм стал лидером советского кинопроката: его посмотрели более 60 млн зрителей! Эта любовь не угасает и сегодня, через 40 лет. Для настоящего искусства нет границ — ни во времени, ни в пространстве. Почти как для машины, которую изобрел герой картины инженер Тимофеев. Фильм шел и в Америке — под названием «Ivan Vasilievich: Back to the Future», то есть «Иван Васильевич: Назад в будущее».

А то, что его знают и любят у нас все, подтвердила относительно недавняя история: когда Владимира Этуша обокрали, воры, узнав, кого именно обидели, вернули актеру часть похищенных из его квартиры драгоценностей.

Цитаты

Я бросаю мужа, этого святого человека, со всеми удобствами!

Эх, красота-то какая! Лепота!

А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут.

Это я удачно зашел!

Положь трубку! Задавлю, шляпа!

Вот что крест животворящий делает!

Все, что нажито непосильным трудом, все погибло!

Нам, царям, за вредность надо молоко бесплатно давать!

Какое житие твое, пес смердящий?!

Замуровали, демоны!

Оставь меня, старушка, я в печали…

Тамбовский волк тебе боярин!

Меня опять терзают смутные сомнения… У Шпака — магнитофон, у посла — медальон…

Царь, очень приятно… Царь…

Государство не обеднеет — забирайте!

Я требую продолжения банкета!

Тьфу на вас!.. Тьфу на вас еще раз!

Я не узнаю вас в гриме! 

Танцуют все!

Вам могут понравиться
Загрузка...